1. А. Петров, Днепропетровск
2. Мудрак Н.Н, Днепропетровск
3. Марина Шаварская, Запорожье
4. Семененко Е.В., Днепропеторвск
5. Сергей Савченко, Днепрдзержинск
Наибольшее количество споров вызвал образ консультанта и специалиста
по черной магии Воланда. Александр Петров, взявший на себя труд рассмотреть
этот персонаж, довольно эмоционально, но не во всем опираясь на факты, попытался
донести мысль о том, что Воланд, в силу своей высокой власти, а также идеей
проверки на “вшивость” москвичей, занимает должность К
,
но сам будучи личностью более чем уравновешенной и спокойной, скорее напоминает
К
, однако Ольга Данько заметила, что
фигура Воланда как управленца больше напоминает К
. Так же С.В. Савченко добавил, что иррациональный по своей сути сатана не может
быть рациональным К. это боле похоже
на бога с его созидательной мыслью. Учитывая все поправки вышли на тип К
с примесью К, то есть янского короля.
Далее рассматривался регент хора и кривляка Коровьев. Ольга
Данько, апеллируя к материалу книги, настаивала на том, что он Р.
этому же нашла чудесное подтверждение у самого Булгакова и Елена Петрова. В
32 главе “Прощение и вечный приют” Коровьев – Фагот превращается в мрачного
темно-фиолетового рыцаря, озабоченного собственными мыслями и не обращающего
внимание на происходящее вокруг.
Самого обаятельного персонажа этой кампании – кота Бегемота
типировала Елена Петрова. По ее мнению, такой неугомонный баламут никто иной,
как П
. Все в той же 32 главе писатель
называет его худеньким юношей, демоном-пажом, лучшим шутом, какой существовал
когда-либо в мире. С Булгаковым спорить никто не стал.
С Азазелло было чуть сложнее и после общего обсуждения пришли
к мнению, что он является либо К, либо
К.
Итак, в результате мы видим, что вся эта братия во главе с Воландом – вторая квадра. Интересная картина вырисовывается.
Ивана бездомного взялась типировать Анна База. Она высказала
мнение, что молодой поэт — Р . Однако
прозвучало также предположение, что он Р.
На том и порешили – янский рыцарь. Берлиоза типировала Алина Тельных, и ссылаясь
на его осторожность, определила его, как П.
Петров Александр с Алиной в корне не согласился, указывая на то, что, во-первых:
в силу занимаемой должности и положения в литературных кругах (председатель
МАССОЛИТа); во вторых имея свои определенные и четкие убеждения по различным
вопросам, а не ища ориентиров вокруг. Также его склонность к поучательству и
менторству более напоминает Д. К окончательному
выводу так и не пришли, так как Берлиоз очень быстро вышел из игры и, возможно,
не успел проявить себя в полной мере. Маргариту опять-таки типировала Алина
Тельных, которая пыталась всех убедить, что подруга Мастера задавленная внутренними
проблемами несчастная Д. Но после непродолжительного
бурного продолжения и не без влияния С.В. Савченко, пришли к мнению, что Маргарита
– Д, а сам Мастер с его стремлением к
покою, скорее всего, П.
Хорошей традицией на Днепропетровском филиале АСС стало обсуждение возможных соционических типов из популярных романов и произведений. Большинство членов клуба с удовольствием включились в обсуждение, не без основания считая, что такое “типирование” сильно расширит соционический кругозор.
На очередном заседании клуба были обсуждены действующие лица в романе “Мастер и Маргарита”. Соционические типы были определены следующим образом: практически без прений были протипированы Мастер –Паж Мечей и Маргарита – Дама Посохов. Поэт Бездомный был определен Рыцарем Мечей. Смешно было не заметить “кубковую” принадлежность директора варьете Степы Лиходеева, который был определен Рыцарем Кубков. Также не вызвал споров тип председателя ЖЭКа т.Босого – любителя мозговых костей и застенчивого взяточника – Дамы Пентаклей. Ярким представителем клана Пентаклей также, безусловно, является финдиректор варьете Римский. Сложно не заметить его деловую финансовую хватку – был определен Пажом Пентаклей.
Администратор варьете Варенуха также довольно легко узнаваем – Рыцарь Кубков. Разделились мнения по поводу типа Берлиоза – Король Посохов либо Дама Посохов. Большая дискуссия развернулась вокруг Воланда и его свиты. В том, что Воланд – Король не сомневался никто. А вот по поводу масти возникли споры – настолько фигура Воланда колоритна и неоднозначна. Были даже предположения отнести его к более высокому архетипу “Императора”. В конечном итоге Воланд определен Королем Мечей. Не было однозначности и в определении типа Азазелло – Дама Пентаклей, либо Король Мечей. Фагот и бывший регент Коровьев был определен этическим рыцарем: Рыцарь Кубков, либо Рыцарь Посохов. Причем, с подачи руководителя филиала С.В.Савченко, весы склонились в сторону Рыцаря Посохов. С его же помощью был определен кот Бегемот – Паж Кубков. Практически все одобрили решение определить Арчибальда Арчибальдовича – пирата и директора Грибоедова, одновременно великолепного администратора – Королем Пентаклей. Особое мнение высказал Евгений Семененко – Король Мечей
Крайне любопытна оказалась высказанная руководителем филиала мысль о принадлежности высшей команды Воланда ко второй квадре. Вообще говоря, юмор героев, их поступки, достаточно ясно указывают на квадральную принадлежность. Силовые методы лидера второй квадры Короля Мечей широко практикуются свитой Воланда. Поэтому такой подход к определению команды Воланда кажется очень здравым.
Вдохновленные удачным началом, члены клуба решили продолжить подобные обсуждения и сделать их по возможности регулярными.
Знакомство с романом “Мастер и Маргарита” Булгакова обычно происходит в школе – после занудного изучения биографии, мы “из-под палки” начинаем читать этот шедевр. Но, к сожалению, мало кому нравится, когда его заставляют что-либо делать. Обычно, когда интересуешься мнением о романе получаешь в ответ две крайности: либо роман был прочитан раз десять, либо его называют “мутью и бредом”. Ведь роман требует от своего читателя выхода за пределы обиходных житейских представлений и сведений, к сожалению не все на это способны, поэтому часть художественного смысла осталась для них невидимой.
Так получилось и у нас – “Мастер и Маргарита” читался, конечно, каждым, но с разным результатом. Идея о типировании героев романа была воспринята с интересом, хотя и с некоторым недоумением: “Типировать сатану?.. Ну-ну – это что-то”. Перечитывать роман кинулись, конечно, не все. Кое-кто, вооружившись крутым орудием – соционика, кинулся в бой и обнаружил много интересного. (Ведь кто ищет, тот всегда найдет). Другие же “посидели-подумали”, вспомнили образы, и пришли тоже к очень интересным выводам. Но самое интересное, что разброс по типам был настолько широк, что я в который раз подумала, может соционика и правда, скорее вера, чем наука.
Версии первых были хоть и основаны на цитатах (умело вырванных из текста), но скорее они искали то, что хотели найти. И нашли! Вторые же с одной стороны были более объективны. Ведь образ сложился еще до знакомства с феноменальной наукой – соционика. Но и тут не избежать искажений – тип ведь есть у каждого. Поэтому Дон Кихоту, которому не нравился роман, везде чудились Драйзеры и Достики.
Обсуждение мы начали с парочки Берлиоз – Бездомный. Чего тут только не видели – и дуалы, и заказ, и конфликт. Берлиоза видели в “дипломатически вежливом” Горьком и в педантичном Штирлице (“...сердце шалит... я переутомился. Пожалуй, пора бросить все к черту и в Кисловодск”) и даже “начитанным и очень умело указывающим в своей речи на древних историков” Драйзером. Прототипом Берлиоза послужили сразу несколько известнейших литераторов того времени и образ получился несколько противоречивым.
Бездомный почти единогласно был почти единогласно записан в Дон Кихоты (“молодой человек в заломленной на затылок клетчатой кепке был в ковбойке, жеванных белых брюках и черных тапочках”), хотя с Гамлетом тоже мало кто спорил:
“Иван Николаевич поднял свечу и вскричал:
- Братья по литературе! (Осипший голос его окреп и стал горячее) Слушайте меня все! Он появился! Ловите же его немедленно, иначе он натворит неописуемых бед!”
Обсуждение же образа Арчибальда Арчибальдовича меня несколько огорчило. Я думала, что здесь не будет споров. Но, увы! Его видели Жуковым (“черные волосы, теперь причесанные на пробор, покрылись огненным шелком. Исчезли пластрон и фрак, и за ременным поясом возникла ручка пистолета”). Многие были уверены, что это Штирлиц, или сохраняющий накопленное добро Горький.
“Заблаговременно вышедший через боковой ход... стоял спокойный Арчибальд Арчибальдович в летнем пальто на шелковой подкладке, с двумя балыковыми бревнами под мышкой”.
По поводу глубокоуважаемого Никанора Ивановича Босого у нас сложилось много версий, причем больше чем было типировщиков. Сошлись на трех: Достоевский, Робеспьер и Бальзак. Причем один Дон Кихот просто скрипя зубами, размахивая руками и прыгая, кричал: “Достик!”. Оставшиеся две версии среди типировщиков разделились примерно поровну.
Атмосфера обсуждения, и без того накаленная, стала еще более напряженной, когда обсуждение перешло к четверке нечисти. Единственным героем, мнения о котором не сильно разошлись, был Азазелло. Многие были просто уверены, что это Горький. Но если посмотреть на этого героя объективно, и не пробовать лепить из этой четверки b-квадру, то можно согласиться и с Габеном.
“Без драм, без драм... Надавать администратору по морде, или выставить дядю из дому, или подстрелить кого-нибудь, или какой-нибудь еще пустяк в этом роде, это моя прямая специальность, но разговаривать с влюбленной женщиной – слуга покорный”.
С Фаготом и Бегемотом тоже получилось интересно. Их видели дуалами, зеркальщиками, даже активаторами. Наш любимый Дюмчик сказал: “Когда я впервые читал эту книгу, Коровьев казался мне таким классным парнем. И я не мог понять, почему автор пытается изо всех сил сделать его отрицательным героем. Я считаю его Дон Кихотом, а Бегемота, конечно, Дюмой”.
Но после нескольких разоблачающих цитат, все же многие убедились, что образ Фагота ближе всего к Гамлету.
“Гражданин ростом в сажень, но в плечах узок, худ неимоверно, и физиономия... глумливая. Усишки у него, как куриные перья, глазки маленькие, а брючки клетчатые, подтянуты настолько, что видны грязные белые носки”.
Очень интересными эпитетами автор награждает голос Коровьева – “дребезжащий, гнусавый, плаксивый, треснувший, козлиный, задушевный, юлящий” и в тоже время при разговоре с Воландом “чистый и звучный”.
Наиболее притягательным образом в этом романе является образ Бегемота. Версий по поводу ТИМа было много — Есенин, Дюма, Гексли, Гюго.
“Тот, кто был котом, потешавшим князя тьмы, теперь оказался худеньким юношей, демоном-пажом, лучшим шутом, какой существовал когда-либо в мире. Теперь притих и он и летел беззвучно, подставив свое молодое лицо под свет, льющийся от луны”.
Эта цитата, безусловно, в пользу Есенина. Но сложно спорить и о том, что Бегемот мало походит на задумчивого романтика. Многим он кажется экстравертом. Манера его поведения очень противоречива и, скорее напоминает расшалившегося ребенка, чем летающего в облаках влюбленного. (Впрочем, при таком хозяине можно и пошалить.)
Излишняя иррациональность, эмоциональность и пристрастность или какие-то другие неизвестные причины помешали нам провести обсуждение во время одного заседания. Поэтому самое интересное мы перенесли. За это время некоторые поменяли свои версии и основательнее подготовились, а кое-кто уже знал “правильные ответы”.
Обсуждение трех наиболее интересных образов прошло в атмосфере внимания друг к другу и взаимной уступчивости. Не смотря на это, Воланду были приписаны три типа.
Если посмотреть на образ сатаны
глобально, то можно сделать некоторые
выводы по поводу его отношения ко времени –
он должен существовать вне него.(“а мимо
время как река”). Для этого необходимо
обладать четырехмерной 
. Это наводит на мысли об
интровертированных иррационалах. Этиков
можно отмести сразу же, и начать размышлять
между Бальзаком и Декартом. В пользу
Бальзака можно отнести тот факт, что Воланд
представлен в романе старым софистом. Но
если внимательно перечитать текст и понять,
насколько властную фигуру хотел изобразить
Булгаков, не возможно согласиться с первыми
двумя версиями. Третья и наиболее реальная
версия – это Жуков. Его манера
разговаривать со всеми в приказном тоне,
тот факт, что свита обращается к нему не
иначе как “мессир”, (“стоит только
приказать, мессир, и я все исполню”),
говорит о его неограниченной власти и о
безграничном уважении к нему. Некоторые
литературные критики считают, что
прототипом Воланда был Сталин.
Далее заседание было целиком посвящено этой загадочной булгаковской парочке – Мастеру и Маргарите. Как оказалось, не все в нашем клубе были тронуты самоотверженностью и упорством, с которым Маргарита стремилась вернуть свою “вечную любовь”. Некоторые Дон Кихоты хотели видеть в ней Драйзера. Были версии о Гексли, Гюго, Гамлете. До определенного момента ни у кого не возникало сомнений относительно этики Маргариты. Именно о ней свидетельствует то, с какой чуткостью и пониманием восприняла она историю несчастной Фриды; почувствовалось в Маргарите то, что Воланд презрительно окрестил “добродетелью”. Но потом несколько выбила из колеи ее тирада: “Пошел ты к чертовой матери. Какая я тебе Клодина? Ты смотри, с кем ты разговариваешь, — и, подумав мгновение, она прибавила к своей речи длинное непечатное ругательство... Ты бы брюки надел, сукин сын”.
И вновь, как вспышка минутного озарения, мелькнула версия о Жукове. Мелькнула и погасла, как только вспомнилась версия нашего Дон Кихота – Драйзер. Немного поколебавшись, мы все же доверились его интуиции – все-таки спец! (в смысле по Драйзерам).
С этой минуты медленно и печально наши обсуждения потянулись к финалу. Осталась последняя жертва. Едва ли не самой загадочной для нас стала фигура Мастера. Невольно вспомнив известную цитату: “Соционика для здоровых людей”, мы мысленно перенеслись в булгаковскую больницу и стали упорно искать там тип Мастера. Поискали-поискали и нашли. Правда, кто кого! Кто Габена, кто Бальзака (“ненавистен мне людской крик, будь то крик страданья, ярости или иной”), кто Горького (“Безобразие... что вы так выражаетесь: по морде засветил? Ведь неизвестно, что имеется у человека морда или лицо. И, пожалуй, ведь все-таки лицо”). Некоторые из нас посчитали, что это третья белая этика. К версии Горького так же подтолкнул тот факт, что прототипом Мастера был известный писатель М. Горький.
Как видим, по многим персонажам трудно было прийти к одной версии. Не все типы были видны явно, ведь автор не знал соционики, но что поделаешь, придется простить ему это незнание. Если принять во внимание, что жанр этой книги определяется как социальная сатира, то и персонажи должны представлять собой носителей определенных социальных ролей. Поэтому их ТИМная сущность оказывается как бы в тени социальной роли.
— Кстати! — осведомился Бегемот, просовывая свою круглую голову через дыру в решетке, — что это они делают на веранде?
— Обедают — объяснил Коровьев, — добавлю к этому, дорогой мой, что здесь очень недурной и недорогой ресторан.
На мой взгляд, одним из ярких и одновременно загадочных образов, описанных в романе Булгакова "Мастер и Маргарита", является образ директора грибоедовского ресторана Арчибальда Арчибальдовича. Если просматривать все творчество Булгакова, то в нем можно найти несколько образов представителей служб общепита того времени, однако только Арчибальд Арчибальдович обрисован с некоторым восторгом и восхищением автора.
С точки зрения сюжета романа этот персонаж маловажен. Однако он, без сомнения, вызывает некоторую гордость за свой ресторан, своей манерой держаться и своими поступками. С "литературной" точки зрения интересен тот факт, что Арчибальд Арчибальдович единственный из всего романа, кто не пострадал от Воланда и его свиты. А Воланд пришел в Москву именно казнить и миловать. Да, сгорел его ресторан, но не сам Арчибальд Арчибальдович. А ресторан он себе найдет новый, и он будет лучше прежнего.
Давайте попытаемся определить, к какому же социотипу принадлежит Арчибальд Арчибальдович. Вот как с ним знакомят читателя: "И было в полночь видение в аду. Вышел на веранду черноглазый красавец с кинжальной бородой, во фраке и царственным взором окинул свои владения. Говорили, говорили мистики, что было время, когда красавец не носил фрака, а был опоясан широким кожаным поясом, из-за которого торчали рукоятки пистолетов, а его волосы вороного крыла были повязаны алым шелком, и плыл в Караибском море под его командой бриг под черным гробовым флагом с адамовой головой.". На мой взгляд впечатляюще.
Правда, до того как читатель впервые лицезрит "пирата", он знакомится с его детищем — грибоедовским рестораном, которое лучше всех характеризует этот персонаж: “... Верхний этаж теткиного дома был занят рестораном, и каким рестораном! По справедливости он считался самым лучшим в Москве. И не только потому, что размещался он в двух больших залах со сводчатыми потолками, расписанными лиловыми лошадьми с ассирийскими гривами, не только потому, что на каждом столике помещалась лампа, накрытая шалью, не только потому, что туда не мог проникнуть первый попавший человек с улицы, а еще и потому, что качеством своей провизии Грибоедов бил любой ресторан в Москве, как хотел, и что эту провизию отпускали по самой сходной, отнюдь не обременительной цене”.
Уже эти два отрывка позволяют отметить следующие качества "капитана пиратского брига":
Посмотрим дальше по тексту произведения. Сцена, имевшая место между Арчибальдом Арчибальдовичем и швейцаром ресторана, после того как в ресторан вломился буйный Бездомный.
"Пока официанты вязали поэта полотенцами, в раздевалке шел разговор между командиром брига и швейцаром.
- Ты видел, что он в подштанниках? — холодно спрашивал пират.
- Да ведь, Арчибальд Арчибальдович, — трусясь отвечал швейцар, — как же я могу их не допустить, если он — член МАССОЛИТа?
- Ты видел, что он в подштанниках? — повторял пират.
- Помилуйте, Арчибальд Арчибальдович, — багровея, говорил швейцар, — что же я могу поделать? Я сам понимаю, на веранде дамы сидят...
- Дамы здесь ни при чем, дамам все равно, — отвечал пират, буквально сжигая швейцара глазами, — а это милиции не все равно!..."
Далее из уст пирата следует четкая инструкция куда и как может следовать по Москве человек в подштанниках с полным пренебрежением этики, которая завершается кульминацией морального воздействия: "- Ну что с тобой сделать за это?". После этого, сменив гнев на милость :"Смотри, Николай! Это в последний раз. Нам таких швейцаров в ресторане даром не надо. Ты в церковь сторожем поступи..." и четкая инструкция-приказ :"Пантелея из буфетной. Милиционера. Протокол. Машину. В психиатрическую. — И добавил: — Свисти!".
Как видно из приведенного отрывка, полное отсутствие этики при мотивации решений и действий (дамы здесь ни при чем, дамам все равно). Свое недовольство может высказывать открыто. В споре не ищет истины, ищет победы. Не стремиться убедить оппонента. Склонен к волюнтаризму. Может быть деспотичен. Имеет сильную логику, поэтому его нелегко переубедить логическими доводами . Провинившемуся подчиненному лучше всего не выискивать оправдательных доводов, а смиренно "принять вину".
Это же доказывает следующий отрывок :"... как ни мало был наблюдателен Рюхин, — теперь, после пытки в грузовике, он впервые остро вгляделся в лицо пирата и понял, что тот хоть и задает вопросы о Бездомном и даже восклицает "ай-яй-яй!", но, по сути дела, совершенно равнодушен к судьбе Бездомного и ничуть его не жалеет.". Арчибальда Арчибальдовича интересует только его ресторан, что бы тут все было гладко и так как надо, что там будет с другими ему все равно. Буйного увезли, протокол составили, полотенца вернули — все остальное его не касается.
В лице директора ресторана перед нами типичный представитель второй квадры. Ярко выражен дух безраздельного господства "Я". В ресторане, которым заведует, установлен тоталитарно-авторитарный режим. При этом рассматриваемый персонаж здесь явно хозяин положения — король. Основываясь на приведенном считаю, что Арчибальд Арчибальдович является сенсорно-логическим экстравертом, или Жуковым, или Королем Мечей. Как король он всегда стремится доминировать в пространстве в котором находится при этом направлен на постижение непознанного и выбор способа действия при постоянно меняющихся условиях и общей нестабильности (меч).
Из характеристики сенсорно-логического экстраверта: "Умеет заставить людей работать. По отношению к таким людям часто говорят "Строг, но справедлив". Расхлябанность и безынициативность выводит его из себя. Склонен своих подчиненных за это наказывать, причем моральным наказаниям приписывает большую силу, чем материальным. Человек вспыльчивый, но отходчивый. Умеет при случае нажать на человека подчинить его своей воле."
В качестве доказательства приведем цитату: "И в этот момент негромкий, но властный голос прозвучал над головой гражданки: — Пропустите, Софья Павловна. ... в зелени трельяжа возникла белая фрачная грудь и клинообразная бородка флибустьера. Он приветливо глядел на двух сомнительных оборванцев и, более того, делал им пригласительные жесты. Авторитет Арчибальда Арчибальдовича был вещью серьезно ощутимой в ресторане, которым он заведовал.".
Дальнейшие события в ресторане доказывают сделанное предположение. Из характеристики сенсорно-логического экстраверта: "Умеет оценивать силу и слабость противоборствующих сторон. В открытую борьбу с более сильным противником старается не вступать. ... Быстро схватывает создавшуюся ситуацию и расстановку сил, принимает решение и действует. Перед сложной ситуацией не робеет, а стремится решить ее сразу же по месту... Не откладывает решение в трудных ситуациях. Гибкий тактик, умеет подстраиваться по ситуацию, но при этом не выпускает из виду глобальную цель."
Цитата из книги : "Знание последних событий, а главным образом — феноменальное чутье Арчибальда Арчибальдовича подсказывали шефу грибоедовского ресторана, что обед двух посетителей будет хотя и обилен и раскошен, но крайне непродолжительным." Чуть дальше : "Арчибальд Арчибальдович знал и о сеансе в Варьете, и о многих других происшествиях этих дней, слышал, но, в противоположность другим, мимо ушей не пропустил ни слова "клетчатый", ни слова "кот". Арчибальд Арчибальдович сразу догадался, кто его посетители. "Как видно умение оценивать силу противника и быстро схватывать сложившуюся ситуацию. Кроме того, увидав, что противник сильнее, капитан пиратского брига не решается вступить в противостояние, он до конца выполняет обязанности директора, обслуживая гостей по высшему разряду, и готовит пути к отступлению. Для него этот ресторан потерял всякую ценность и он, что свойственно этапу типу переключается на новую цель — спасенипе балыков, оставшихся от съезда архитекторов, и своего летнего пальто.
Цитата из произведения: "Официантов Арчибальд Арчибальдович удивил не менее, чем Софью Павловну. Он лично отодвинул стул от столика, приглашая Коровьева сесть, мигнул одному, что-то шепнул другому, и два официанта засуетились возле новых гостей... Лишь убедившись в том, что все сделано по чести, лишь тогда, когда в руках у официантов прилетела закрытая сковородка, в которой что-то ворчало, Арчибальд Арчибальдович позволил себе покинуть двух загадочных гостей...". Чуть дальше там же: "Заблаговременно вышедший через боковой ход, никуда не убегая и никуда не спеша, как капитан, который обязан покинуть горящий бриг последним, стоял спокойный Арчибальд Арчибальдович в летнем пальто на шелковой подкладке, с двумя балыковыми бревнами под мышкой".
Почти что как "... в белом плаще с кровавым подбоем ... жестокий пятый прокуратор Иудеи всадник Понтий Пилат".
В завершении рассмотрим образ Арчибальда Арчибальдовича со стороны функций Короля Мечей.
Зона максимальной компетенции — война как отсутствие запрета на убийство. Склонен принимать решение в выборе способа действия используя этот комплекс понятий. Арчибальд Арчибальдович человек решительный и действенный, провинившихся подчиненный наказывает беспощадно, благодаря чему имеет в своем ресторане авторитет да и ресторан тоже имеет авторитет благодаря этому.
Зона мотивации — порядок как установление и соблюдение определенных иерархий и традиций. Этими понятиями определяется мотивация действий. Наши персонаж ведет себя по разному с различными посетителями в зависимости от их ранга и положения в литературных кругах в обществе. Именно поэтому у всех вызывало удивление, что он "стелиться" перед Бегемотом и Коровьевым : двумя безобразного вида посетителями.
Зона инструктивного поведения — дружба как асексуальные отношения основанные на доверии. В рамках этих понятий тип может действовать только опираясь на заранее полученные инструкции. Ну кому доверял капитан пиратского брига кроме как себе самому? Никому!
Зона максимальной осознаваемой некомпетентности — мир как запрет на ликвидацию при снятия существующих противоречий. Директор грибоедовского ресторана отдавал предпочтение наказанию моральному, дабы сотрудники понимали свои ошибки и не повторяли прежде.
Зона психологической зависимости — осторожность как концепция на поиске потенциальных опасностей. То без чего существование типу кажется невозможным. Именно благодаря этой функции пират смог создать свой ресторан, держать в порядке и при появлении в нем Бегемота и Коровьева, вовремя определить кто они и спастись самому.
Зона неадекватной оценки — политика как взаимоотношения личности и общества, власти и народных масс. Все свои взаимоотношения с обществом Арчибальд Арчибальдович строил через ресторан : вы тут клиенты, а мы радушные хозяева.
Зона ложной компетенции — секс как совокупность психических реакций, переживаний и поступков, связанных с проявлением и удовлетворением полового влечения. У них секса нет, точнее тогда не было.
Зона ложной мотивации — торговля как способ сосуществования с другими, позволяющий извлекать для себя прибыль. Стремление безраздельно властвовать у себя в ресторане над его посетителями прикрывается добросовестным обслуживанием клиентов.
Сергей Савченко
Днепрдзержинск
Исходя из представлений о типах персонажей романа Булгакова, можно заметить, что вся без исключения свита Воланда и сам Воланд могут быть соотнесены со второй квадрой, а Мастер и Маргарита – с третьей.
Покой. Вот чего добивались, к чему стремились Мастер и Маргарита. Покой был им дарован.
Инспекция Воландом Москвы включала в себя и решение проблемы Мастера. Иррациональная фаза революции, явления второквадрального, сменилось НЭПом, такой же второквадральной, но уже рациональной фазой. Усатый друг велосипедистов потихоньку прибирал управление страной к рукам, а переживавшие глубокий душевный кризис Мастера молили о покое. Булгаковскому Мастеру повезло. Он обрел свой покой не на Соловках, но и его покой был связан с прекращением жизненных процессов в организме.
Вторая квадра доминировала в то время. По крайней мере в Европе. Вторая квадра решала дальнейшую судьбу Мира. Третьей квадре места в этом Мире не было. Безусловно, сводить проблематику романа только к столкновению второй и третьей квадр нельзя. Роман намного больше этого. Но с другой стороны, запрет на печатание романа во многом объясняется разным отношением Булгакова, которого я считаю Пажом Кубков, и правителей Советского государства, бывшими кем угодно, но не Пажами Кубков, ко Злу. Пажи Кубков влюблены в Зло. Они, как кролики перед удавом, замирают перед гигантским Злом, и не в силах, да и не желая сопротивляться, лезут в горнило адского пламени. Зло не творит Добро. Булгаков же был уверен в обратном. А Советские лидеры – нет. Влюбленный во Зло не боится умирать. Верящий, что Зло есть часть Добра, готов к причинению Зла себе и другим. И здесь пропадает главное, на чем держатся все тоталитарные режимы – страх. Задача Зла – порождение Страха. Булгаков пытался показать, что Зло можно полюбить.
 |
|
|
|
|
|
|
|
 |
